- Ну, не знаю, не знаю. - Голос отца прозвучал примиряюще.

- Он хороший работник, - сказала мать. - Может быть, зимой ему можно будет платить меньше.

- А ты ему ничего такого не говорил, Мартин? - спросил отец.

- Нет, папа, что вы!

- Но вы же знаете, что нам все равно придется это сделать, рассмеялся Лютер. - Нет работы - нет кормежки.

- Ничего смешного здесь нет, - сказал отец. - Без бережливости вести хозяйство нельзя. Бережливость должна быть во всем - ив том, как содержать дом и инвентарь, и наемных работников. Во всем!

- А мне он нравится, - заявил Гэс.

- Тебе вообще нравятся всякие глупости, - опять встряла Кейти. - Когда я гляжу на него - у меня по телу мурашки бегают.

- Я еще не решил, - сказал отец. - Сегодня все-таки День Благодарения, и даже чернокожий, после того, как урожай собран, имеет право на праздник.

Лютер рассмеялся своим безумным смехом, похожим на ржание. Этим смехом он, казалось, говорил: вы все безумны, и весь мир безумен.

- Лу, а ну прекрати это! - прикрикнул отец. - Сегодня праздник, и мне не хотелось бы пороть тебя в такой день.

- Да, отец, извините, - сказал Лу смиренно. - Мне бы этого тоже не хотелось. - И подмигнул Гэсу.

- Ладно, все, замолчали, - приказал отец.

Новая церковь была небольшой, но высокой. На плоской равнине ее белый шпиль был виден издалека. Ее стены были сложены из песчаника и охристого известняка, все блоки камня были вырублены и обтесаны вручную. Венчала церковь островерхая крыша, крытая кровельной дранкой. Слева от церкви располагалось небольшое кладбище, огороженное проволочным забором; столбы забора были из белого известняка. На кладбище могил пока было мало - прошло слишком мало времени с того дня, как им стали пользоваться.

- Придет день, - сказал отец, - когда сюда переедет Додж. Надо уже покупать землю.

Но пока вокруг простиралась лишь ровная, как стол, золотистая прерия, однообразие которой не нарушалось ни домами, ни строениями, пронзенная в одном месте бело-желтой стрелой храма Господня.