Из больницы Валерий поехал в свое кафе — свое будущее кафе.

Мишка перед входом торговал мороженым.

Переулок был уже тих и пустынен. В стеклах верхних этажей плавало закатное солнце, да под пыльными кустами акаций в конце переулка были свалены в кучи отходы жизнедеятельности людей и их верных спутников — собак и автомобилей.

Валерий подошел к Мишке, и они вместе стали наблюдать за ходом московской жизни.

— Прошел покупатель, — сказал Мишка, — с восьми прошел. Сидит дома и телек смотрит.

— Ничего, тут какой-то НИИПРОМТЕХ в переулке, — сказал Валерий.

— Я договорился, они у нас обеды будут брать по двадцать рублей сорок четыре штуки или сорок одну, если штат сократят.

Мишка с восхищением поглядел на своего начальника. У него было такое впечатление, что уж его-то, Мишку, не пустили бы в НИИПРОМТЕХе дальше проходной.

— Хорошее дело, — повторил Валерий, — за свой счет эти инженера даже сардельку пожалеют купить, а за казенный — пожалуйста… Раздашь им завтра ящик мороженого. Бесплатно. В качестве рекламы. — Ты бы лучше для рекламы цыпу дал, — посоветовал Мишка.

— Цыпа — это само собой, — согласился Валерий, — цыпу дадим, когда откроемся.

— А Шакуров где? — спросил Мишка.

— На таможне, — ответил Валерий, — там большой шухер. Какой-то начальник утек за бугор с бабками.

— Большими? — Говорят, тридцать тысяч «зеленых». — А откуда известно, что тридцать тысяч?

— Это учтенные, — пояснил Валерий, — а сколько он с собой увез, этого никто не считал.

И вдруг замолчал, вглядываясь в конец переулка. Из скверика, усыпанного сигаретными окурками и прочим мусором, в переулок ступили двое ребят. На них были пестрые тайваньские костюмы и шлепанцы на босу ногу. Одному было за двадцать, а другой был совсем пацан — пэтэушник или десятиклассник. Ребята подошли к лотку.