В-четвёртых, наконец, Лем сконструировал такие модели развития науки и технологий, которые этому развитию придают характер процесса немного спонтанного и не поддающегося планированию. Поэтому замыслы учёных могут быть для человечества непосредственно опасными, ибо никакие открытия — если они только возможны — ни избежать, ни «отменить» не удаётся.

Понятно что, «Сумма» — как произведение пророческое — заключала в себе и ряд других проектов, однако те идеи которые я перечислил выше, дождались быстрейшей реализации — если не полной, то по крайней мере — как в случае виртуальной действительности — зачаточной и многообещающей в будущем. Исполняется также универсальный сценарий развития науки, по крайней мере в такой степени, что учёные, вопреки громким протестам, быстро реализуют наиболее спорные (как клонирование) проекты.

Тридцать пять лет спустя Лем не пытается повторить структуру «Суммы» и многие из её идей оставляет вне сферы рассмотрения. Остаётся только то, что становится предметом наиболее злободневных дискуссий, следовательно, это проблемы, которые породит развитие информационных сетей, вопрос возможности создания искусственного интеллекта, а поэтому — о сущности разума, мышления, сознания. Однако, если бы я должен был — глядя на эти статьи с «птичьего полёта» — сформулировать их общий характер, то я обратил бы внимание на другой вопрос, который вырисовывается только, когда мы соединим содержание многих помещённых в книжке текстов. Можно было бы назвать его вопросом этики, если бы такое общее определение не звучало немного сомнительно. Поэтому попробуем разобраться в данной проблеме более детально.

Так вот, Лем очень много места посвящает скептическим рассуждениям на тему Интернета и обманутых надежд, которые с ним связаны. Интернет — вместо того, чтобы быть всё более обширным хранилищем человеческой мудрости, устройством, бесконечно увеличивающим наши возможности, — стал гигантским магазином, в котором мудрость соседствует с океанами глупости, часто от них почти не отличимая, и, хуже того, — Интернет стал также местом, где больше чем где-нибудь ещё проявляется человеческая подлость, злоба, алчность и другие самые низменные склонности.



2 из 6