Он решительно сел на свое место, не отрывая взгляда от начальницы. Она тоже смотрела на него, упершись попой в край стола. Заинтригованные офицеры один за другим молча покидали кабинет, то и дело оборачиваясь к остающейся парочке. Начальник криминальной милиции Решоткин, в подчинении которого был Шайтанов, прямо таки выстрелил глазами в смельчака. Куда ты, мол, с плетью на обух? И его, Решоткина, рикошетом ударит. Куда смотрит, как воспитывает подчиненных? Едва дверь закрылась, Шкворень порывисто присела прямо на стол.

- Подойдите.

Шайтанов встал, как положено при обращении старшего по должности, но с места не сошел.

- Подойдите, не съем, - поманила пальцем Полина.

Черт, не знаешь что от такой ожидать. Бывавший во всяких переделках, резаный, стреляный и битый Олег робко направился к начальнице, небольшими шагами пересекая обширный кабинет.

Полина разглядывала мужчину. Крупный, немного нескладный, мослатый какой-то. Нос кривой, наверно перебитый. Бреется небрежно. На шее волоски недельного роста. Ишь, набычился. Обиделся, в драку лезет. Куда ему до приемов Полины Шкворень!

- Ближе, ближе.

Женщина закинула ногу за ногу. Форменная юбка поднялась ровно на грань приличия. Одной рукой Полина медленно расстегивала китель.

- Чего дрейфишь? Как зовут? Олег Степанович?

- Стефанович.

- Я вас всех изучила, миленьких. По личным делам. По кое-каким другим документам. Охоч ты до баб, ох охоч! Только времени на них не хватает. Перепихнешься с какой-нибудь в кабинете наскоро и ладно.

Шайтанов любил откровенных женщин. Ему действительно было не до вздохов и ухаживаний. Поэтому подозреваемые, свидетельницы, потерпевшие, посетительницы начинавшие кокетничать и водить за нос при прямых его предложениях выводили Олега Стефановича из себя: "Не крутись ты, как жучка на булавке. Или гасим свет или иди в коридор подумай. Некогда мне сусальничать".

Шайтанов и не скрывал от друзей свои грешки. Но кто успел нашептать подполковничихе?