Отчего эта сила, это упорство особенно отличают главного героя повести "Белый Клык", отчего клондайкский волк, у которого лишь четверть собачьей крови, в этом отношении, пожалуй, превосходит всех других персонажей Джека Лондона, во всяком случае - четвероногих? Да, наверное, оттого, что есть в нем такая слитность с природой, которая людьми уже утрачена навсегда. В природе для него не существует ни тайн, ни неведомых угроз, ни той холодной враждебности, которую, попав на Север, постоянно чувствовали люди, привыкшие к благоустроенной, бестревожной жизни: вчерашние конторщики или механики, банковские служащие или фермеры, "чечакос", как их презрительно называли местные ветераны.

Минутами и в душе "чечакос" тоже начинал звучать голос далекой памяти. Они вспоминали, что и человек когда-то был неотъемлемой частицей природы, подчиняясь ее жестким требованиям, чтобы выжить. Но для них это было мимолетное прозрение. Оно вспыхивало, когда создавалась смертельная опасность. И вместе с этой опасностью исчезало. Если, разумеется, им удавалось ее избежать.

А Белый Клык ощущает свое единство с природой всегда. Точнее, даже не ощущает. Просто не в состоянии представить себе, чтобы могло быть иначе. И его не сломит никакая передряга, никакая напасть, пока не ослабла эта крепчайшая связь между ним и миром вокруг него.

Ему ли не знать, какой это жестокий, яростный мир! Кипит в этом мире битва за жизнь, и слабым в ней нет пощады. Поначалу в повести "Белый Клык" увидели чуть ли не учебное пособие, помогающее лучше понять теорию Дарвина. Это наивно и несправедливо. Лондон в самом деле хорошо знал труды великого биолога. Принимал его идеи без всяких оговорок. Иной раз даже пытался с их помощью объяснить отношения между людьми. Ничего путного из этого не получалось. Не могло получиться. В обществе действуют другие силы. Постичь жизнь общества невозможно, полагая, будто она похожа на естественный отбор, когда неприспособленные погибают, а живут лишь физически самые крепкие.