Их рассказы о получении бразильских виз в различных европейских столицах очень походили на то, что произошло со мной в Риме. Разными были бразильские консулы, но к иностранцам, пожелавшим уехать в Бразилию, они всегда относились доброжелательно и отличались не очень строгим соблюдением иммиграционных квот, нередко оформляя визы по фиктивным, а не по реальным профессиям. Видимо, практика гибкого отношения к инструкциям о выдаче въездных виз иностранцам в те годы была не исключением, а правилом. Трудно сказать, было ли это творчество самих бразильских консулов или таковы были ориентировки иммиграционных властей. Бразилия в те годы испытывала большую потребность в квалифицированной рабочей силе, и чинить препятствия приезду иммигрантов из европейских стран, видимо, никто не хотел.

Однажды я разговорился на эту тему с одним знакомым иммигрантом, прожившим в Бразилии более двадцати лет. Как он мне объяснил, бразильский вице-консул в Риме прибегнул к «жейто», чтобы выдать визу. Мне тогда еще не был понятен глубокий смысл этого в общем-то знакомого слова. На конкретных примерах из собственной жизни он попытался растолковать мне, что оно означает для бразильца. Я немногое понял из его объяснений. И лишь наблюдая поведение бразильцев в самых неожиданных ситуациях, я стал догадываться, что «жейто» играет большую роль в их жизни. Отдаленно оно напоминает русское «выкрутиться», «изловчиться», «найти выход из тупикового положения». Это — целая философия жизни, кодекс поведения.

Чтобы выжить, бразилец ежедневно прибегает к «жейто», как к палочке-выручалочке. В своем стремлении обойти трудности на жизненном пути он использует всевозможные средства, даже те, которые запрещены законом. Это важный элемент бразильской бытовой культуры. С его помощью открывают многие двери, решают сложные проблемы. «Жейто» формирует привычки бразильца, влияет на его поведение в обществе и становится своего рода внутренним правилом, которым он руководствуется в практических делах.