Такая политика обеспечила ему победу в выборах на периферии, где о демократии имеют приблизительное представление, в то время как его успехи в сравнительно более продвинутом в этом смысле Тбилиси более скромны. Мало кто верит, что километровые караваны из определенного региона, вовремя прибывшие в Тбилиси на помощь «революции роз», были вдохновляемы идеалами демократии и прозападного выбора.

Допущение, что происходящие в стране процессы носят «верхушечный» характер, не кажется достаточным. Не исключено, что народ участвует в этом процессе, но не как гражданская, а как этническая общность. В пользу этого предположения говорит такая особенность текущих процессов как отсутствие аналитического дискурса. Единственным обоснованием выбора в пользу западного вектора по сей день остается мифологический посыл о родстве грузинской и европейской культур. Можно предположить, что мы находимся на стадии первичной адаптации этноса, когда ориентирами развития являются мифы, а не научно обоснованные программы. Более высокий уровень адаптации возможен только в условиях развитого гражданского общества, которое нам еще предстоит создать. Оно обладает большими, чем этническая группа, внутренними свободой и мобильностью за счет большей индивидуализации его членов. Именно это является условием более высокого адаптационного потенциала всего социума. Здесь речь идет уже не о простой адаптации, а об интеграции в новый контекст, которая не приемлет двойного стандарта.

Склонность к рефлексии проявляют от случая к случаю только защитники традиционных ценностей и представители религиозных кругов. Как заметил один публицист, носители «нового» мышления не задаются досужими вопросами, какими быть грузинам в будущем. Их больше занимают вопросы обустройства личной карьеры. «Испившие вод океана» на удивление легко поддаются ассимиляции.

Заключение

Следует отдать должное общественному сознанию — оно имеет четкое представление об отрицательных и положительных сторонах двойного стандарта.