– Тех ли разгоняем?! – заострил вопрос руководитель Питерского филиала Бажаев. Похоже, был Бажаев, по обыкновению, нетрезв, и заостряемый им вопрос это и проявил предельно.
Но проявил он и другое: смутившиеся члены правления принялись переглядываться.
Вопрос прозвучал с откровенным намеком, о котором, сказать по правде, и не помышляли.
– Выслушайте, Владимир Викторович, – поспешно, стараясь упредить реакцию набычившегося президента, поднялся, отдуваясь, третий и главнейший из правленческих палычей – первый вице-президент Александр Павлович Керзон. – Здесь нет врагов. Все мы ваши соратники. Но, как и вы, болеем за дело. За эти годы мы создали мощный универсальный банк.
– Ах, то есть вы создали?
– Под вашим руководством. Стоит ли сейчас метаться, менять курс, клянчить кусок пирога, к которому нас не хотят допускать?
– Все, чего мы хотим, – давайте вместе подумаем. – Большим недостатком Забелина было то, что, ввязавшись в драку, он не умел выйти из нее без потерь. – Ну, положим, прорвемся, получим мы кусок нефтянки. И что с этим делать? Онлиевский – там все ясно. Хапает, чтоб деньжат откачать. А там – гори эти скважины огнем! Но мы-то собираемся играть как бы честно. Значит, надо вкладываться. А, чай, не свечной заводик. Выдержит ли банк такие перегрузки? Как бы плавучесть не потерять. Мне, например, кажется, что стоило бы сосредоточиться на скупке оборонных, технологичных институтов. Там, доложу вам, такие наработки, такие россыпи неокученные! И уж, во всяком случае, много дешевле обойдется.