Полное отсутствие физических улик самого большого массового убийства Второй мировой войны наводит на размышления. Более того, не было найдено ни одного реального свидетеля, который бы подтвердил официальную версию бериевского НКВД, которое сначала предъявило западным журналистам аж целых трёх "свидетелей" 250-тысячного убийства, из числа своих сотрудников. Хотя редактор "Нью-Йорк таймс" вырезал тогда наиболее абсурдные выдумки типа душегубок, мыла из людей и абажуров из кожи, абсолютно противоречивые показания этих трёх сотрудников НКВД стали основой развития всей последующей истории о Бабьем Яре.

Учитывая то, что все советские военнопленные, побывавшие в плену у немцев и вернувшиеся на родину, или расстреливались, или отправлялись на уничтожение в лагеря, можно понять, что для НКВД было легко найти любых свидетелей для любых показаний. НКВД стало развивать показания своих трёх "свидетелей". В соответствии с советскими газетами того времени, "40 тысяч киевских евреев послали обращение Сталину, увеличив число жертв Бабьего Яра до ста тысяч человек" ("Нью-Йорк таймс", 4 декабря 1943 г.).

Поскольку из этих, якобы сорока тысяч, человек обнаружилось только одиннадцать, которые в последующем согласились официально выступить как свидетели, то военные репортажи "Нью-Йорк таймс" о Бабьем Яре можно считать выдумкой. НКВД всегда имело репутацию учреждения, которое может выбить любые показания из любого человека. Например, после того как 1 июля 1941 года немецкие войска вошли в город Львов и сразу же обнаружили 4 тысячи убитых и замученных в тюрьмах львовского НКВД — чему есть убедительнейшая кинохроника, которая была показана немцами всему миру, — в августе 1941 года ТАСС заявило, что это дело рук немецких войск.