Свидетели НКВД всегда утверждали, что это немцы расстреляли польских офицеров в Катыни. Более того, трупы польских офицеров привозились в Москву в Институт Судебной Медицины, который тогда располагался на Садовом Кольце рядом с метро "Маяковская", и там расстреливали трупы из немецкого оружия. Эти "свидетельские показания и материалы" были опровергнуты самими же русскими только в 1990 году. Однако тогда это ещё было предметом горячего спора, пока не были предъявлены аэрофотографии местечка Катынь, которые еще до появления немцев в этих местах показывали отчётливые массовые захоронения большого количества людей (польских офицеров, учителей и т. д.). Эти фотодокументы были переданы Горбачёву осенью 1989 года в качестве неопровержимого доказательства.

НКВД подсунуло трёх "бабийярских свидетелей" для того, чтобы обкатать историю перед западными корреспондентами. Хронология событий показывает, что история с Бабьим Яром была тогда состряпана НКВД, именно как противовес Катынскому преступлению бериевского НКВД, которое тогда уже было широко известно на Западе. В результате полного провала "свидетелей Бабьего Яра", НКВД на 25 лет положило эту фальсификацию в долгий ящик и закрыло доступ для западных журналистов как к этим "свидетелям", так и к самим окрестностям Бабьего Яра, Катыни и другим подобным местам.

Более того, ещё во время войны бериевское НКВД четыре месяца — с 29 сентября 1943 г. по 24 января 1944 г. — не допускало западных журналистов к местечку Катынь, пока все улики не были покрыты толстым слоем снега. Разгорячённый пыл западных экспертов НКВД умерило в холодных палатках, предоставленных им в заснеженном лесу. Среди западных наблюдателей работы экспертов в Катыни была 25-летняя Кэтлин Хэрримэн. Это была дочь известного агента ЦРУ, тогдашнего посла США в Москве В. Аверелла Хэрримэна. Вместе со своим печально известным папашей она тут же начала отстаивать версию бериевского НКВД. С другой стороны, вышеупомянутый корреспондент "Нью-Йорк таймс" Лоренс, как и ранее, в случае с Бабьим Яром, подверг большому сомнению всю официальную версию по Катыни, и в результате его отчёт так и не был никогда опубликован в "Нью-Йорк таймс", являющейся официальным рупором известных кругов.