Проводив машину Нэнси до дамбы и убедившись, что она едет домой, я свернул с шоссе и двинулся в агентство. Когда я вошел, Чик как раз наливал себе виски, задрав ноги на стол.

- И мне, - попросил я.

- Но из твоей бутылки, - отозвался Чик и спрятал свою в стол. - Что-нибудь удалось выяснить?

- Все, что и так известно. Она играла в теннис, завтракала, каталась на роскошной яхте. Полковник велел завтра следить за яхтой с вертолета. Занятно будет полетать. Ну а у тебя что?

Чик поджал губы:

- Подозреваю, что никакого Уолдо Кармайкла не существует. Пока не встретил никого, кто бы слыхал о таком.

Я вынул свою бутылку, изучил ее на свет и удивился, что в ней осталось всего на один глоток. Налив виски в стакан, я выбросил бутылку в мусорную корзину.

- А в гостиницах ты наводил справки?

- Во всех крупных. Завтра займусь маленькими. Толковал с Эрни и Уолли. Они его не знают, но обещали поспрашивать.

Эрни Болшоу поставлял заметки на страницу сплетен в газету "Парадиз-Сити геральд". Уолли Симмонс ведал связями с общественностью в муниципалитете. Уж если у них нет сведений об этом Уолдо Кармайкле, у кого же тогда их искать?

- Скорей всего Палмер прав, - предположил я, - эти письма может слать какой-нибудь псих, Лишь бы учинить скандал.

- Возможно. Я отправил их в лабораторию. Вдруг да что-нибудь обнаружится.

Я придвинул к себе телефон и позвонил Нику Харди, заказал вертолет на завтра на полдень.

Часы показывали восемнадцать сорок пять. Берта уже должна быть дома. Я набрал ее номер, а Чик принялся убирать у себя на столе.

Когда Берта сняла трубку, я воскликнул:

- Привет, крошка! Как насчет меня и гамбургера в придачу?