Не было сомнения, что здесь искали кубышку со ста тысячами франков! Первые дознаватели утверждали:

Все очень просто! Эмиль Градю убил Артса и Эмму… Потом он напился и стал искать кубышку, которую и спрятал в лесу… Вот только…

Да! Вот только доктор Поль при вскрытии тела Эммы обнаружил в ее желудке то количество спиртного, которого недоставало в бутылке!

Так что это значит? А что джин выпила Эмма, а не Градю!

— Отлично! — отвечали дознаватели. — Убив Артса, Градю напоил его жену, чтобы облегчить себе задачу, так как знал, что она женщина крепкая…

Если им верить, Градю и его любовница оба были на борту от десяти до половины одиннадцатого, когда умер Артс, и в полночь и в час пополуночи — время смерти Эммы…

Разумеется, такое было возможно… Все было возможно… Только Мегрэ хотел — как бы это сказать? — хотел научиться мыслить так, как мыслили люди на барже.

Как и все другие, он был суров с Эмилем Градю. Целых два часа он держал его как на угольях. Для начала Мегрэ взял его на пушку, как говорят на набережной Орфевр.

— Послушай, старина… Ты замарался, это ясно как день… Но, откровенно говоря, я не думаю, что ты убил их обоих…

— Я ничего не сделал!

— Конечно, ты их не убивал… Но сознайся, что ты двинул-таки старика… Впрочем, он сам виноват!.. Он вам помешал, и ты, защищаясь…

— Я ничего не сделал…

— Я уверен, что ты не трогал Эмму, ведь она была твоей любовницей…

— Вы напрасно тратите время! Я ничего не сделал…

Тогда Мегрэ стал еще суровее, в его голосе зазвучала угроза:

— Ах так… Ладно! Посмотрим, что ты запоешь на барже с двумя трупами…

Но Градю даже не моргнул перед перспективой следственного эксперимента.

— Когда вам угодно. Я ничего не сделал…

— Даже если найдут кубышку, которую ты припрятал…

И тогда Эмиль Градю улыбнулся… улыбнулся с жалостью… улыбнулся с видом превосходства…