Колея от колес телеги на земле, след шины велосипеда на мокром песке, гудок паровоза являются уже знаком этих предметов. Эйдос, логос, знак одного предмета не может принадлежать другому предмету, а символ может, поскольку символ полисемантичен, и больше по объему и эйдоса, и логоса, и знака. Символ наполовину материален по отношению к эйдосу и логосу, и наполовину идеален по своей природе по отношению к знаку. Поясним на примере: возьмем колесо, которое помимо того, что служит символом велосипеда, поезда и телеги, одновременно является символом движения, но само движение не имеет никакого отношения к колесу. Было время, когда человек не знал колеса, и символом движения, насколько мы можем судить, в частности по башкордской мифологии, служили крылья, от того и конь Акбузат представлялся крылатым, Хомай изображалась крылатой девой - лебедем. С изобретением лука древним охотником символом движения стала стрела.
Какое отношение эйдос, логос, знак, символ имеют к языку человека? Самое, что ни есть прямое, так как их синтез порождает слово:
1) звуки человеческого голоса есть знаки, из которых складывается слово; 2) эйдос предмета порождает слово - имя; 3) способность человека ставить слова в предложении по смыслу означает его умение оперировать логосом; 4) имя предмета есть символ, так как имя всегда таит в себе не одну, а сразу несколько смысловых единиц.
Из всего вышеизложенного следует, что если башкордский, кордский и английский языки происходят от единого праязыка, то, следовательно, в этих трех языках должны быть единые символы мифологии, выражаемые одними и теми же словами. И действительно, человек, знающий эти три языка: башкордский, кордский, английский без труда укажет на некоторые из этих символов.