Хотя англичане не любят аристократов в политике, а сэр Уинстон виконт, в родстве с герцогами Мальборо... И вообще, такой твердый и энергичный человек нужен у власти только в критические моменты истории, в период войн и политических потрясений. В относительно благополучные времена подобные люди могут быть опасны, так что сэр Уинстон может стать премьером лишь в случае новой войны, а этого, даст Бог, не случится...

- Не правда ли, - прервал приятеля мистер Солсбери, не склонный сегодня говорить о политике, - в походке Джеральдины есть та грациозная царственная легкость, которая говорит нам о подлинном аристократизме, о многих поколениях родовитых предков... Я уверен, что на скачках в Аскоте она придет первой.

Глава вторая

Опять фрегат пошел на траверс, Опять, хлебнув большой волны, Дитя предательства и каверз Не узнает своей страны.

Б. Пастернак. "Высокая болезнь"

Борису снилось, что он умирает от тифа. С тех пор, как он с трудом выжил, ему часто снилась болезнь. Опять во сне он ехал в поезде, в набитом вагоне. В его распоряжении оказалась вся верхняя полка, потому что никто не хотел сидеть рядом - боялись заразиться. Задыхаясь от жара, Борис под унылый стук колес терял сознание, потом ненадолго приходил в себя, просил пить, никто не подходил к нему, тогда он опять начинал бредить. Потом поезд остановился в чистом поле, слышались крики, выстрелы, ржание лошадей. Всплыло и загуляло по вагону страшное слово "махновцы". Сунулась наверх страшная рожа в мохнатой шапке с заплывшим глазом, грозила револьвером. Последнее, что помнил Борис, это как его тащили за ноги по вагону и выбросили на подтаявшую мартовскую землю.

Через некоторое время от холода он пришел в себя. Махновцы уже нагрузили подводы награбленным добром и ускакали. Поезд тоже потихоньку тронулся к ближайшей станции. У полотна валялось несколько трупов - мужчина в офицерской форме без сапог, старик, раздетый до белья, ещё какие-то люди, одна женщина...