Валерий Иванов. 04.05.05
Перемелется — мука будет. Все будет, хорошо.
Или плохо. Главное — будет. И вопрос лишь в том, что мы выбираем. — быть или не быть? Гамлетовский вопрос витязя на распутье… Налево пойдешь — космополитом, станешь.
Направо пойдешь — недолатышом… Прямо пойдешь… Что там. — прямо?
Государственная граница. — Стой, кто идет? — Стой, стрелять буду!
Распалась связь времен. Сопричастность народу и государству. 15 лет назад закончилась совместная ИСТОРИЯ. Мы перешли в подраздел «страны Балтии». Нас не касаются ни лучшие, ни худшие страницы современной истории России. Все опосредованно. Ничего — напрямую. Параллельные прямые в который раз разошлись. Нас приподняли и переставили на европейскую, узкую колею. Мы сопротивлялись. Объективные обстоятельства оказались сильнее. Пусть только на время. Время подзатянулось… не оставив иного выхода, кроме как бежать по шпалам. Очень неудобное на самом деле занятие. На каждую наступать — семенить приходится, через одну — прыгать. Да и как ни прыгай — а куда рельсы-то идут? Куда?
«Помимо метафорических отсылок к общей истории, в обыденной речи содержатся указания и на другие, более материальные основания этнической общности. Часто как о носителях общерусского качества говорят о плоти, крови и генах. Однако при внимательном рассмотрении употребляемых в разговоре тропов такого рода оказывается, что русскостью кровь, гены или плоть наделяет именно опыт физической, телесной жизни в России, опыт российской жизни. Получается, что русскость — это органическое качество, нечто вроде «осадка», образующегося в результате «реакции» — проживания человеком своей жизни в контексте российской истории.» (Рис Нэнси. Русские разговоры. Культура и речевая повседневность эпохи перестройки. — М.: Новое литературное обозрение, 2005).
Вот именно из «контекста российской истории», из «опыта физической, телесной жизни в России, опыта российской жизни» мы и выпали. Выпали тогда, когда Латвия перестала быть неотъемлемой частью России. России, на территории которой был образован Советский Союз. Неотъемлемой частью которого была и Латвия. И мы с вами.