Осенью того же года он поселился в Сергиевом посаде, где стал посещать лекции в Московской духовной академии. Вольнослушателя встретили там настороженно. Соловьев сообщал: "Одни меня считают за нигилиста, другие - за религиозного фанатика, третьи - просто за сумасшедшего" (Письма, 3, 91). Совершенно необычным казалось стремление кандидата Московского университета к занятиям богословием. В порядке вещей было тогда обратное: желание уйти из духовного сословия, избежать сана священника, получить светское образование.

Судить, насколько глубоким было влияние профессоров духовной академии на Соловьева, трудно. Известно одно: в ту зиму 1873/74 года он усердно работал над магистерской диссертацией, тема которой - "Кризис западной философии. (Против позитивистов)" - свидетельствовала о том, что молодой ученый смело вступил в спор с господствовавшим философским направлением.

Диссертация была защищена в ноябре 1874 года в Петербургском университете. У одних она вызвала чувство, близкое к восторгу, и историк К. Н. Бестужев-Рюмин заявил, что "Россию можно поздравить еще с одним гениальным человеком". Другие резко критиковали и диссертацию, и ее автора, который находился под несомненным воздействием славянофильских идей, хотя, как точно заметил Лукьянов, "правоверным славяно

______________

{1} Лопатин Л. М. Памяти Вл. Соловьева // Вопросы философии и психологии. 1910. No 5. С. 636. В связи со сказанным нельзя принять мысль А. Ф. Лосева: "Мы не ошибемся, если назовем вообще все мировоззрение Вл. Соловьева не иначе как философией конца" (Лосев А. Ф. Вл. Соловьев. М., 1983. С. 198). По крайней мере, социальные воззрения Соловьева (если, конечно, не считать их просто бессодержательными) должны быть охарактеризованы именно "иначе".

9

филом не был". Народнический публицист и последователь позитивизма Н. К. Михайловский под впечатлением диспута Соловьева писал о "грубости магистранта и его хвастливом сознании в собственном невежестве" {1}.