них, такие как Рох, Валек, старуха Кракалина, Ягна, Магда, Янова, которые в свое время отбывали барщину или трудились на жалком клочке земли, постепенно становились рабочими, поденщиками, сторожами, конюхами, батраками, бродягами или нищими; другие, разбогатев на всевозможных спекуляциях, превращались в зажиточных мужиков, лавочников, корчмарей, купцов, коммерсантов, предпринимателей, помещиков «нового типа», образуя пеструю прослойку филистеров — представителей буржуазного общества.

В этом отношении показательна история семьи Петра Гжесика.

Крестьянин Гжесик был пастухом, затем шинкарем. Разбогатев на продаже шерсти, овец и на темных делишках, он постепенно приобрел восемь имений и стал «вельможным паном помещиком», сменив плебейскую фамилию Гжесик на шляхетскую — Гжесикевич.

Кичливый и заносчивый, он на каждом шагу подчеркивал свою «вельможность» и требовал от своих детей беспрекословного подчинения, грозя иначе «выгнать всех ко всем чертям».

Его жена, неграмотная крестьянка, отбывавшая когда-то барщину у помещика, теперь и сама научилась покрикивать на батраков. Оставаясь «мужичкой», она уже мечтает о такой невестке — «настоящей панне», шляхтянке, которая «сидела бы дома да французские книжки читала и на фортепьянах играла».

А ее дочь Юзя свою дочку Иренку отправляет учиться во Львов, сына отдает в аристократический пансион в Вене, мужа, Игнатия, который едва умел читать и писать, обучает хорошим манерам, да и сама учится болтать по-французски, разъезжает в богатом экипаже с кучером в ливрее и два раза в год устраивает приемы, приглашая к себе близких и дальних соседей-помещиков.

Высокомерная, мстительная, завистливая, алчная, она пытается всех вельможных панов «превзойти пышностью», унизить их, осмеять. Несмотря на «огромное ее состояние, вся округа, все местное дворянство смотрели на нее как на дочь бывшего овчара и корчмаря». Это бесило Юзю, ибо она стыдилась своего происхождения.

Однако презрение дворян к «выскочкам-хамам» нисколько не мешало их взаимной дружбе и деловым контактам.