Наверно, приняли за ее внучку или дочку.

Короче, пронесло пока.

— Почему — пока? — не поняла я. — Тебя же никто не видел, правильно?

— Когда я уже заворачивала за угол, меня окликнул один мент, толстый такой, противный. Я оглянулась, ас ним рядом эта бабка стоит. Короче, я побежала…

— Бли-и-ин! — я прикрыла ладонью рот. — И что?

— Мне повезло. Таксист кого-то привез и высаживал сразу же за домом. Там трасса проходит. Я заскочила в машину и попросила ехать быстрее.

— И сказала этот адрес, дубина? — с негодованием спросила я.

— Ты что, с ума сошла?! — выкрикнула Маринка. — Я вообще проехала только три или четыре квартала и вышла. Потом пересела на троллейбус, затем на трамвай и только потом поехала сюда.

— Ну что ж, — с облегчением вздохнула я, — можно считать, что сегодня тебя почти никто не видел.

— Это сегодня. А в прошлые разы? Мишка, сволочь, особенно не скрывался. Я тогда все удивлялась, думала: вправду любит и не боится ничего.

— Так, ладно! — я попыталась сосредоточиться и вспомнить все, что сама переживала, или читала, или видела в детективах по телевизору. С досадой поняла, что конкретных знаний у меня все-таки маловато.

— Ты там, в квартире у своего Михаила до чего-нибудь дотрагивалась?

— Конечно же. Ручки на дверях. И на входной, и на двери в гостиную. Может, и на полу остались еще отпечатки.

— На каком полу?

— Ну, я как увидала эту Ингу всю в кровище, так и присела от испуга.

— Ты в кровь случайно не наступила? — с подозрением спросила я и затаилась, ожидая ответа.