- Не бойся, комиссар, посмотрим, - ответили пятеро.
13
Вот что случилось с Валерьяной Николаевичем Сташковичем.
Войдя в здание штаба вместе с комиссаром Шаховским, в совершенно пустом вестибюле он увидел пулемет. Пулемет стоял с продернутой лентой, готовый к бою и сплошь заплеванный семечками, и при виде его Валерьян Николаевич задумался.
Трудно идти на буксире революции, а главное - не к чему.
Он почувствовал себя вот этим, наверное, проржавевшим и определенно ненужным в вестибюле пулеметом. Никакой службы нет и быть не может.
Дойдя с комиссаром до двери с надписью мелом "Начальник штаба", извинился. Сказал, что по нужде на минутку отлучится, и вышел обратно через белый с облупленным золотом и зеленой сыростью зал.
От кислого махорочного духа перешел на улицу в резкий ветер и густую грязь. Выйдя, быстрыми шагами направился к Волге.
С верхней площадки высокой лестницы в последний раз взглянул на свой миноносец. Его он водил в боевые дни Балтийского моря и больше водить не будет.
Но сентиментальность была ни к чему, и миноносца за высокой, с резными украшениями пристанью почти не было видно.
Постоял немного над Волгой, пожалел о вещах, оставленных в каюте, и вернулся в город.
Улицы были пусты. Он шел долго и медленно, увязая в грязи, не замечая луж, пока на одном из желтых одноэтажных домов не увидел вывески врача по женским болезням.
В дверь этого дома постучался и, когда открыли, сказал хозяину, полному и взволнованному:
- Я пришел к вам как к интеллигентному человеку. ..
14
Представитель штаба оказался коренастым евреем в золотом пенсне и с редкой бородкой. Передавая Сейберту пакет с предписанием и любезно здороваясь, представился Горбовым.
- Рабинович, - неожиданно отрекомендовался судовой артиллерист.
- Это очень старый анекдот, - улыбнулся представитель штаба.