С т о л я р о в. Ты, вероятно, хотел спросить - где комдив?

М и р з а я н. Действительно хотел. Сам не понимаю - зачем? Комдив у меня на корабле.

С т о л я р о в. Что делает?

М и р з а я н. Бреется.

Все переглянулись. Колодуб выразительно хмыкнул.

С т о л я р о в (кончил бритье). Готово! Илья! Будешь?

Веревкин вяло отмахнулся.

Что же ты?

В е р е в к и н. Лень. И вообще - считаю ниже своего достоинства.

К о л о д у б. Что? Бриться?

В е р е в к и н. Вообще, весь этот ажиотаж.

М и р з а я н. А что случилось? (Столярову.) Нет, ты вот что мне скажи. Человек, который за сегодняшний день вытралил шесть мин, сбил немецкий самолет и захватил в плен летчика - имеет он право на поощрение?

С т о л я р о в (уклончиво). Орден получишь, Гурген.

М и р з а я н. Орден - это в перспективе. Разреши, я расскажу тебе одну древнюю восточную легенду.

С т о л я р о в. Я, кажется, ее уже слышал.

М и р з а я н. Клянусь, что нет. Понимаешь - у одного отца было два сына. Оба были храбрые воины, очень любили друг друга и всем всегда делились. Но однажды...

С т о л я р о в. Знаю. Один брат попросил у другого закурить?

М и р з а я н. Верно. Послушай, как ты угадал?

С т о л я р о в. Подсознательный процесс. Шут с тобой - на! (Вытаскивает жестянку.) И - баста. Больше никому. Комдиву не хватит.

М и р з а я н (дрожащими руками сворачивает папиросу). Поверишь, с утра ни одной затяжки. (Увидел китель комдива.) Э, что же вы молчите? Можно поздравить?

Стук в дверь. Вошел Володя. Ему лет тринадцать, но

фронтовая жизнь придала ему черты ранней зрелости и

даже суровости. Голос у него ломается - матросская

зычность сменяется совершенно детскими интонациями.

Он по-ребячьи увлечен строевой обрядностью.

В о л о д я. Товарищ гвардии старший лейтенант, разрешите обратиться?