Андрей Ильичев

ВЫЖИТЬ: ЕСЛИ НЕЧЕГО ЕСТЬ?

Это только кажется, что природа стала к человеку милосердней. Это только кажется, что лично со мной ничего случиться не может... Кто сегодня более всего подвержен риску оказаться в аварийной ситуации? Люди полевых профессий - геологи, охотники, геодезисты, военные... И еще, конечно, туристы. Во второй половине XX века мир охватил настоящий туристский бум. От суеты городской жизни, от каменных лабиринтов городов, перенасыщенных парами автомобильных выхлопов, человек потянулся к матушке-природе. Ежегодно миллионы располневших от зимнего сидения горожан, пыхтя, потея и отдуваясь, штурмуют горные перевалы: опускаются в бездонные норы пещер, ныряют на надувных плотах в стоячие воды порогов... Чего только не случается во время этих вожделенных путешествий, в том числе создаются ситуации, когда однажды вдруг оказывается, что нечего есть;..

Это случилось на Арале. Во время плавания у нас сгнили продукты. Жара и влажность, далеко превысившая сто процентов, - идеальные условия для бурного протекания гнилостных процессов. Каждый день мы выбрасывали дурно пахнущие, расцвеченные пленкой плесени крупы, макароны, хлеб, сахар. И каждый день на треть, а иногда и вдвое урезали пайки. Наконец наступил день, когда выбрасывать стало нечего - хороших продуктов не осталось. Все бы ничего, но было неизвестно, сколько еще продлятся наши приключения - день, неделю или месяц. Ситуация сложилась удивительная. Мы сидели на необитаемом острове, прижатые к берегу сильным навальным ветром и волной. В конце двадцатого века мы умудрились попасть в положение робинзонов. Только в отличие от местопребывания Робинзона Крузо наш остров щедростью не отличался - ни воды, ни пищи, ни тем более "Пятницы" на нем отыскать было невозможно. Мы голодали день, два, а потом, вынужденно подавив в себе чувство брезгливости, стали есть то, что считали есть невозможным - плесневелый геркулес.