Поэтому если в подобном, мягко говоря, затруднительном положении в руки потерпевшего попало насквозь червивое яблоко, выбрасывать его не следует, а, напротив, следует съесть полностью до последней косточки и даже червяка, извините, непременно отловить и употребить в пищу, так как он более калориен, чем само яблоко. Наши предки, жившие в жестоких условиях борьбы за собственное существование, этот неписаный закон усвоили твердо. Их меню, в смысле ассортимента, было много богаче нашего. Они ели все. Ну почти все. В доказательство приведу несколько примеров, которые большинству читателей могут испортить аппетит, по меньшей мере, на несколько часов. "Едят камчадалы все, что бегает, ползает, плавает, летает. Рыбу готовят впрок, сваливая в ямы, где она со временем приобретает вид слизи и издает "душок", от которого европейцы на версту зажимают носы". "Когда чукчи убивали оленя, то тщательно собирали весь находившийся в желудке полупереваренный мох - эта кислая масса была их излюбленным лакомством". "Нгвито - термиты крупные, жирные, их набирают три-четыре пудовых мешка с гнезда, прямо с крыльями кладут на сковородку без жира, посыпают чуточку солью и жарят в собственном соку. Когда насекомых тушат или кладут в суп, крылья им также не обрывают..." Ну, пожалуй, довольно. Обращусь теперь к нашему, пусть не самому богатому, но все же опыту. - Что не сделаешь ради науки, - сказала моя коллега по путешествию и откусила кусочек от... змеи. Змея была сварена как положено, без соли и специй и еще час назад резво извивалась у нас под ногами, "играя" раздвоенным языком и угрожая ядовитыми зубами. - Приятного аппетита! - пожелал я сам себе, хотя, честно говоря, аппетита не испытывал, и вгрызся зубами в бок змеиной тушки. Мясо змеи отдаленно напоминало рыбу и было съедобно ничуть не меньше позавчерашней столовской котлеты. Я жевал змею и думал: "Если судить по количеству змей, которых мы здесь увидели за один только день, смерть от голода нам не угрожает".