Как поэтесса она достойно продолжила русскую линию Анны Ахматовой и Марины Цветаевой, даже соединив чем-то поэтику их обоих. Как писатель она представляла как бы сразу два поколения. С одной стороны (очевидно, благодаря первому мужу Евгению Евтушенко), она украшала собой всё поколение шестидесят- ников, всю эстрадную поэзию (хотя сама была далека от неё). Сегодня ушли все – Вознесенский, Рождественский, Окуджава, Высоцкий, Аксёнов… Остался один неугомонный американец Евтушенко. Мне было обидно за Ахмадулину, что на похороны своей первой жены он так и не прилетел из своей Америки. Ну да, Бог с ним. Пусть умирает в одиночку.

С другой стороны, по возрасту она принадлежала к "детям тридцать седьмого года", к тому, кто сформировал "прозу сорокалетних" и уже совсем другую, не эстрадную поэзию – поэзию Иосифа Бродского, Тимура Зульфикарова, Юрия Кузнецова, Татьяны Глушковой.

Белла Ахмадулина, пожалуй, единственная, кто тянулся к более молодым, она помогала и словом и делом, не замыкалась на себе самой. Не случайно же и о смерти её первым сообщил по интернету её младший друг, мой сверстник, сибиряк Евгений Попов: "Час назад умер великий русский поэт Белла Ахмадулина. Вечная память! Других слов пока нет", – написал он. Поэтесса скончалась в машине скорой помощи, которая везла её из Переделкино в Москву. В Москве отпевали её, православную мученицу, в храме Козьмы и Дамиана, затем писатели прощались с ней в большом зале ЦДЛ и похоронили на старом участке Новодевичьего кладбища. В метро звучали в этот день 3 декабря её стихи.

74 года, не так уж и много. Одни нынче выставляют её жертвой "тяжёлого советского времени" – о чём радостно поведал на прощании с поэтессой бывший партработник, министр культуры Авдеев. Усердно вспоминают участие в "Метрополе" и в письме 42-х, помалкивая, что и на то, и на другое она пошла ради друзей, её поэзии там нечего было делать.