Но многое все же изменилось. Да, бес, изменилось. Это подтверждается тем, как недавно у статуи своей «свободы» (сделанной, кстати, из русского металла) ты орал: "Я вкладываю в растление и уничтожение России миллиарды долларов, а она — стоит!" Да, бес, стояла, стоит и стоять будет. Несмотря на тяжкие мучения и скорби, ибо она — Святая!
Ты скребешь когтями, потому что понимаешь: такой силы духа, какой обладают воины Христовы, не имеет ни один народ в мире. Бес, тебя одолевают страх и бессилие, когда ты видишь, как воины отдают жизнь за Крест Его. Как сын известного генерала в первых рядах сложил в Чечне голову за святую землю свою. Как Шестая десантная рота Псковской дивизии, единая в своем духовном порыве, полегла в битве за Отечество свое (один воин Христов против десятков бандитов), став в мгновение ротой Славы России. Как за несколько минут до смерти офицер субмарины «Курск» писал прощальную сердечную записку любимой жене. Ты в вечном проигрыше, бес. Когда ты, бес, спросил у командира подлодки, такой же, как «Курск»: "Ну, теперь пойдете в море?", то содрогнулся от ненавистного тебе ответа: "Теперь в море пойду, как никогда".
Твоя извечная цель, бес, убить не просто воина, а воина Христова. Ты трепетал, когда офицеры в Грозном на вопрос: "А умрете за Христа?", не задумываясь, ответили: «Запросто», сердцем понимая, что такая смерть — самая непростая, смерть с верой в Бога.