Книги Тимура Зульфикарова разбирать среди потока прозы как-то неудобно. Хотя и среди чистой поэзии он смотрится неуместно. Впрочем, он и весь и всегда — наособицу. Вот и писать о нем будем наособицу.
И потому завершаю свою великолепную десятку прозаиков, издавших новые, самые заметные свои произведения за последние два года, именем писателя более молодого поколения Юрия Полякова. Его роман "Замыслил я побег" как бы завершает судьбы людей советской цивилизации. Ставит свою, поляковскую точку в исследовании краха великой империи, в исследовании характеров людей, способствующих этому краху. Интересна и судьба самого Полякова. Популярнейший писатель, несмотря на угрюмое молчание всей: и левой, и правой — критики. Его книги распродаются быстрее, чем книги Пелевина или Сорокина, но о тех-то непрерывно пишет вся глянцевая бульварная печать, не брезгуют ими и самые толстые журналы. Юрий Поляков явно вне внимания кого бы то ни было. И это не мешает ему лидировать уже два десятка лет. Не мешает добродушно улыбаться и писать новые книги. Характер победителя, прикрывающегося маской одиночества. Если я вам не нужен, то и вы мне, господа литераторы, не нужны… Может быть сейчас вместе с ним займет должное место и все его поколение? Пусть им не нашлось места в моей субъективной десятке, но они же есть: Михаил Попов и Юрий Козлов, Вячеслав Дегтев и Александр Трапезников, Дмитрий Галковский и Сергей Сибирцев, Олег Павлов и Алексей Варламов, Михаил Тарковский и Александр Сегень… Есть еще порох в русских пороховницах.