Чем же отблагодарил Бродский и его "команда" за досрочное освобождение? Об Анне Ахматовой они до сих пор печатают грязные слухи, Лидию Чуковскую выставил лицемеркой, когда она заявила: "Бродский... освобожденный Бродский. Тот, кого на один месяц и восемнадцать дней не дождалась Фрида". Умирающая Фрида Вигдорова умоляла его приехать к ней проститься. Напоминаю, он был в отпусках три раза за полтора года. "Умереть, спасая поэта, достойная смерть",— заявил он. О Сартре же сказал следующее: "Его нельзя причислять к интеллектуалам". Это о человеке, который в 1965 году отказался от Нобелевской премии по литературе.

Как видим, Бродский и его "команда", возглавляемая Евгением Рейном, не гнушались ничем, чтобы опорочить или принизить значение того или иного литератора, или присвоить себе чужую интеллектуальную собственность. Например, в интервью под названием "Гений в изгнании" Бродский объявил следующее:

— Если я могу чем-то гордиться как русский поэт, так это тем, что в 1961 или 1962 году ... впервые в России за сорок лет или даже больше, я употребил слово "Душа".

— Правда? (спрашивает корреспондент.— А.П. )

— Да. И я продолжаю его использовать. Как только ты это сделал, пути назад нет".

Если бы это наглое вранье слышала Анна Ахматова, она бы точно выгнала Бродского из дома. Хоть он и не любил ее стихи, но уж, наверно, слышал слово "душа", когда она читала стихотворение "С самолета", написанное в мае 1944 года:

"Как в первый раз, я на нее,

На Родину, глядела.

Я знала! Это все мое —

Душа моя и тело"