И даже прямого начальника… А среди номинаторов: Юрий Бондарев, Валерий Ганичев, Сергей Есин, все тот же Станислав Куняев, Вадим Кожинов. Чуть ли не вся редколлегия и авторатура "Нашего современника". Неужто все "продающиеся" писатели? Но и это огульное обвинение своих товарищей в "сомнительности" можно признать постмодернистской игрой и не более. Кстати, не чужд игровому постмодернистскому принципу и сам Сегень в своем романе "Русский ураган". Что не позволяет другим, то щедро разрешает себе самому… И ничего, даже премию получил от щедрых алмазных спонсоров. Нос не отвернул. От премии "сомнительной" не отказался. В детский сад не передал.

Как литератор, имеет Александр Сегень полное право заявлять свое мнение о любом произведении любого писателя. Но имеет ли право зав. отделом прозы журнала говорить от имени всего журнала о единодушном непринятии "полного мерзостей" произведения одного из ведущих и многолетних авторов? К тому же члена редколлегии журнала? Думал ли он, что этим печатным заявлением, не согласованным ни с кем из редколлегии, разрывает многолетнее сотрудничество Проханова с журналом? Как после подобных заявлений оставаться писателю в редколлегии? Из нормального малозначимого факта литературного и журнального процесса Сегень одним росчерком пера, играючи, соорудил чуть ли не идеологическую и нравственную баррикаду. Помню, года два назад в "Новом мире" из номера в номер публиковалась реклама будущего романа Анатолия Кима. И вдруг молчание. Потом роман появился в "Октябре". Спустя какое-то время в том же "Новом мире" появился уже новый роман Кима. Нормальный литературный процесс, какое-то произведение даже постоянного автора по каким-то литературным критериям не подошло журналу. Но уже следующее — появилось на его страницах. Представим, что кто-то, тот же Руслан Киреев где-нибудь в "Труде" заявил бы о единогласном и единодушном неприятии ненужной журналу прозы Кима.