Немедленно связавшись с Мейером, Сэм попробовал убедить того снова снимать Эллиота, но президент кинокомпании отказался наотрез. Он-то знал, что актерского таланта у Эллиота нет, а искусственная ступня делала его столь же бесполезным для трюкового кинобизнеса, как действие противозачаточных таблеток на евнуха. Эллиот прямо побелел, ко-гда Сэм передал ему отказ Мейера.

– А на какие средства я буду существовать, черт побери! – взорвался он.

Льюистона поразила такая реакция бывшей звезды.

– Да что ты так волнуешься, – заговорил он, – прибыль от проката твоих фильмов будет приносить доход тридцать тысяч ежегодно в течение пяти лет и почти столько же еще пять последующих. Уж с голода не помрешь, а через десять лет, может, все там будем.

Но Эллиот сжал кулаки:

– Да я весь в долгах. Тридцать тысяч сущий пустяк. Я рассчитывал на новый контракт, единственное, что могло вытащить меня из дыры.

Льюистон пожал плечами.

– Продай виллу, получишь полмиллиона, не меньше.

– Да она заложена по самую крышу, черт побери!

– Погоди, Дон, не кипятись… Сколько же у тебя долгу?

В отчаянии пожав плечами, Эллиот сказал:

– Точно не знаю, что-то около двухсот тысяч.

Льюистон задумался. Обладая острым умом, он уже прикидывал свою выгоду. Шесть фильмов Эллиота в течение десяти лет будут приносить доход ежегодно по тридцать тысяч…

И он предложил Эллиоту сделку: предположим, кто-то, разумеется, он имел в виду себя, даст ему сейчас сто тысяч в обмен на права на фильмы, в которых снялся Эллиот. Тот пытался торговаться, просил хотя бы сто пятьдесят, и Сэм обещал подумать. Эллиоту ничего не оставалось, как отправиться домой, где он с нетерпением стал ждать ответа. Он его получил: сто тысяч и ни цента больше. Прижатый к стене, Эллиот согласился.

Эти деньги пошли лишь частично на уплату долга. Было что-то фатальное в поведении Эллиота – он не мог не сорить деньгами. Следовало, конечно, отказаться от виллы и снять небольшую квартиру, а также рассчитать многочисленных слуг, которым он явно пере– плачивал и которые ели и пили в три горла за его счет. Вернуть «роллс», за который он еще не расплатился.