С боями вырвалась из окружения лишь сотня бойцов. Тогда эти бойцы вынесли с собой свое боевое знамя. Раз знамя сохранилось, дивизию не расформировали. Потом это знамя с честью прошло по России. Дивизия освобождала Чернигов, поэтому она и называется Черниговской. За освобождение Бреста дивизии присвоено звание Краснознаменной. Под Улус-Кертом рота псковских гвардейцев-десантников еще раз подтвердила честь и доблесть гвардии. Гвардейцы умирали, но не сдавались.

Отгремели ружейные залпы над свежими солдатскими могилами в псковских Орлицах. Кладбище приняло в себя героев. Опрокинуты поминальные граненые стаканы, выплаканы слезы. Это было только вчера. Сегодня я иду по расположению дивизии в Пскове. С плаца громом доносится бой барабана и мерная дробь сотен солдатских сапог. Над марширующими колоннами разносится песня гвардейцев. "Сомненья прочь, уходит в ночь отдельный, десятый наш десантный батальон". На плацу готовят к Присяге новобранцев. Псковичи, вологодцы, тверичане, новгородцы и ленинградцы — восемнадцатилетние пацаны, занимают место в поредевшем строю воздушно-десантной дивизии. Новенькая форма мешками неуклюже висит на угловатых фигурах. Пройдет несколько месяцев — и они станут такими же грозными и сильными, как те, кто принял бой под Улус-Кертом. Пока будущая шестая рота учится ходить строем, мотать портянки, с трепетом впервые мальчишеские руки берут оружие.

Казарма второго батальона — новое трехэтажное здание из серого кирпича. Сейчас здесь пусто, двери опечатаны. Но скоро здесь появятся новые солдаты, те, что топчут сейчас плац. В "располаге" запахнет солдатским потом, сапогами, оружейным маслом, разнесется по гулким сводам грохот тяжелых ботинок, лихая брань и шутки, короткие выкрики команд. На доске ротной документации появятся новые фамилии солдат и командиров. И значит, шестая рота жива. Смерти нет, ребята!