Такое противоречие не может длиться долго. Горбачевский опыт, когда народ, околдованный сладкозвучными песнопениями, пять лет смотрел, как у него на глазах умертвляют страну, а, очнувшись, оказался на свалке среди крыс и нечистот,— этот опыт для Путина невозможен. Уже сейчас золоченая цепь, соединяющая государственность Путина и антигосударственность Грефа, превратилась в тонкую ниточку, поблескивающую, как осенняя паутинка. Она должна разорваться.

Жуткая реальность России, которая даром, как оброненный на дороге кисет, досталась Путину, состоит в том, что Великая Держава, построенная коммунистами, разворована дотла. В стране не сохранилось станков, газопроводов и электростанций. Веерные отключения страшным пулеметом выкашивают целые регионы, оставляя горы трупов и развалины индустриальных центров. Но воры и ночные тати, своровавшие страну, меняют портфели в правительстве, остаются при власти, готовя для себя последние самолеты в Гибралтар и Нью-Йорк. Ни один прокурор и министр юстиции, любимцы проституток и банных русалок, не доказали, что не получают взяток из рук олигархов. Ни один сыщик ФСБ не сказал, что знает, какими путями текут за кордон краденые нефть, электричество, газ, в каких оффшорах и банках "молодые и старые реформаторы" хранят краденые миллиарды, отнятые у иссыхающих детей, чахнущих академиков, умирающих на пулеметах десантников.

"Загадка Путина" может получить зловещую разгадку, если эта двойственность в политике продлится. Народ еще верит, надеется, но тем меньше, чем чаще узнает об уничтожении русского леса, русской рыбы, русского урана, русского алюминия под елейные песни церковников, под косноязычные хрипы чиновников о том, что "Россия будет великой".