Поначалу дорога была пуста. Но вот показался один грузовичок, второй, третий... Они шли навстречу. "Пополнение прибыло, - сказал шофер. - Из Севастополя".

На грузовиках сидели моряки в касках. В каждой кабине рядом с водителем виднелось курносое личико в синем берете.

Гасовский расправил плечи, приосанился. За те дни, которые он провел на передовой, из его памяти как-то выветрилось, что на свете есть девушки. Он и думать о них забыл. Но стоило ему увидеть первое курносое личико, как его снова "повело".

- Привет, сестричка!.. - крикнул он, высунувшись из кабины, какой-то черноглазой девчонке. - На чем прибыли?

- Здравствуй, братик. На "Ташкенте", - послышалось в ответ, и, прежде чем Гасовский нашелся что сказать, встречная машина пропала в облаке пыли.

Дорога снова опустела и мягко ложилась под колеса полуторки.

- Везет же людям, - с легким вздохом сказал Гасовскому шофер. Приятно, когда рядом с тобой такая... Женщины, они как-то облагораживают...

- Это ты правильно заметил, - сказал Гасовский. - С ними веселее.

И умолк. Ему захотелось снова увидеть ту, черноглазую, и он тут же дал себе слово, что непременно разыщет ее, где бы она ни была.

От жтой мысли он стал почему-то серьезным и до самого штаба уже не проронил ни слова.

Когда полуторка остановилась возле штаба, Гасовский спрыгул на землю и подмигнул молоденькому вестовому, чтобы тот доложил Бате о том, что разведчики прибыли. Было ровно двенадцать.

Вестовой подкрутил светлые усики, казавшиеся приклеенными, и, нагнувшись к Гасовскому, доверительно сообщил, что Батя настроен миролюбиво. Паренек благоволил к Гасовскому.

Выслушав эту ценную информацию, Гасовский кивнул.

- За мной не пропадет, - сказал он, зная, что вестовой мечтает о трофейном парабеллуме.

Вестовой скрылся в дверях, чтобы через минуту снова появиться на крыльце и кивнуть Гасовскому, что можно идти. Он даже распахнул перед ним двери.