17-го послал Вышинскому письмо о Мите, просил принять.

Письмо Чирвинскому[109]. Год продержали в Ленинграде в тюрьме. Вернулся в Кировск. «свобода» кроме некоторых городов.

Арест приближенных Ежова подтверждается. Немецкое радио сообщает, что, вероятно, и его постигнет участь его предшественника . Слушают, очевидно, немецкое радио. Его помощник Жуковский арестован.

«Nature» с замаранной статьей! Получил «New York Times» воскресный. Много нахожу для себя нового. Эти дни в газетах, кроме скудной иностранной хроники, нечего читать.

Как могли Чкалова не уберечь?[110]

20 декабря, утро. Вторник.

Вчера по телефону звонили от Вышинского (назначено свидание на сегодня) о Мите. Как бы хотелось чего-нибудь добиться.

Вчера был в Лаборатории. Холод — в некоторых комнатах надо сидеть в шубах.

Большой разговор с Веселовским. Рукопись Личкова Академией Наук до сих пор не получена. Я ему навел справку о «Monde Slave»[111] — прекращено с 1937 года и в Ленинскую библиотеку, и в нашу . Я считаю, что в этой работе Главлита, кроме глупости, есть и сознательное вредительство научной работе — невозможность правильно следить за ходом научной работы в области химии. Опять задержаны «Chemische Zentralblatt»! Пришел «Nature» с замаранной заметкой. Разрушается государственное, и военное, и научное строительство. Жизнь берет свое, но делается не maximum, a minimum.

Невежественная «общественность» из Института Штернберга[112] пыталась включить в состав Метеоритного Комитета болтунов и политиканов (наряду с приемлемыми). Вавилов[113] отстоял. Кадры тормозят все дело. С ними приходится бороться — а не искать у них помощи. Разлагают дело. Очень низкий по знаниям и способностям подбор молодежи, которая управляет кадрами. Главное их стремление — усидеть на месте.