Между тем в округе Марлетт Элмера Бэйлора уважали все от мала до велика.

– Сэр, читать от начала и до конца? – спросил Холбрук с почтительной интонацией в голосе.

Шериф Бэйлор кивнул.

– Восемнадцатая поправка к Конституции о введении в США "сухого закона", – произнес Лоуэлл Холбрук вполголоса и откашлялся. – Раздел первый текста поправки, – продолжал он, – вступивший в силу шестнадцатого января одна тысяча девятьсот двадцатого года, гласит: "Производство, продажа и перевозка алкогольных напитков, ввоз и вывоз их с целью потребления на территории Соединенных Штатов и на всех территориях, подпадающих под юрисдикцию Соединенных Штатов, запрещается". – Лоуэлл перевел дыхание. – Контроль за соблюдением поправки предусмотрен законом Волстеда...

– Достаточно! – прервал его шериф. – Вам все понятно?

– Да, сэр, понятно...

– Очень хорошо! Сколько вам было, когда ввели "сухой закон"?

– Сколько? – Лоуэлл поднял глаза к потолку. – Шесть лет... Мне, сэр, было всего шесть...

– Та-а-а-к! – протянул шериф. – Сейчас вам, стало быть, семнадцать... Я прав?

– Да, сэр, – улыбнулся Холбрук.

– А вы машину водить умеете?

– Да, сэр, я умею водить машину, – отчеканил Холбрук, окидывая шерифа внимательным взглядом.

– Прекрасно! В таком случае у меня к вам поручение, мистер...

– Холбрук, сэр. Лоуэлл Холбрук.

– Итак, Лоуэлл Холбрук, вы ведь в отеле "Камберленд" служите?

– Да, сэр. Скоро полтора года, как по вечерам я там коридорным...

– Ну и как?

– Грех жаловаться, – вздохнул Лоуэлл.

– Значит, так, Лоуэлл. – Шериф достал из кармана ключи от машины. – Садитесь за руль казенного "форда" и немедля отправляйтесь к Биллу Мартину. Знаете, где он живет?

– Знаю, сэр. Его дом в паре километров от кладбища.

– Совершенно верно! Передайте ему вот что. Мол, шериф округа вместе с понятыми вечерком наведается к нему с ревизией. Дескать, у властей возникло намерение проверить, соблюдает ли он восемнадцатую поправку. Короче говоря, едва начнет смеркаться, мы у него... Вернетесь, заплачу вам за услугу, оказанную нашему управлению.