Но если Кауфман являлся частным лицом, то Генри Моргентау был министром финансов США, когда предложил в сентябре 1944-го на 2-й квебекской конференции, в которой участвовали Уинстон Черчилль и Франклин Рузвельт, план послевоенного переустройства Германии — расчленение на несколько десятков анклавов, переход важных промышленных районов под международный контроль, ликвидацию тяжёлой промышленности, демилитаризацию и превращение остатков Германии в аграрные страны.

     "План Моргентау" разбился о волю Сталина, хотя в некоторых своих положениях был частично выполнен в американской и английской зонах оккупации, что привело к значительному снижению уровня жизни немецкого населения, а в ряде мест — и к откровенному голоду. Такая вот белая европейская солидарность.

     Более того, Сталин был единственным лидером послевоенной Европы, кто практически руководствовался христианскими принципами в политике, даровав прощение Финляндии, Венгрии, Румынии и прочим им подобным пособникам Гитлера, которые по всем законам должны были разделить с ним бремя поражения и капитуляции.

     Это обстоятельство, как и наказание этносов, предавших дружбу русского народа, со всей очевидностью доказывает, что принцип абстрактной "дружбы народов" был заменён "службой народов", с полным осознанием мессианской роли России—СССР, возглавляющей борьбу земных народов против сатанинской антисистемы мирового империализма, частным случаем которой были Адольф Гитлер и его Чёрный Интернационал.

     Современный православный философ Артур Беляев в своей книге "Восстановление Царств" пишет о "службе народов" так: "Жертва любви, даруемая русскими иным народам в сфере государства проявлялась как идеологическое освобождение, исходящее из русского Православия, очищающее и проясняющее религии и исходящие от них идеологии иных народов.