Сталин понимал текучесть всего в этом мире — текучесть сознания и текучесть социальных форм — и он старался обеспечить их коэволюцию, "поймать" моменты синтеза между ними. Диалектическое отношение к этим двум вечно текучим началам — вот в чем состоит "жидкокристаллическое ядро" сталинизма. Человек, понимающий сталинскую диалектику, неизменно должен осознавать, что нечто, бывшее оптимальным тогда, сегодня может быть не только "не оптимальным", но и совершенно контрпродуктивным, ибо и общественное сознание изменилось страшно, и социальные формы уже, мягко говоря, не те.

     Молиться сегодня давно устаревшим внешним формам, пытаясь наложить их на радикально изменившееся содержание, или же, напротив, мечтать о "выделении" из нынешнего содержания сталинских форм — это начетничество и полное отсутствие творческого понимания социальной жизни в ее текучей динамике. Неужели дожившие до ХХI века сталинисты до конца времен собираются топтаться на том месте, где их оставил "великий кормчий"?

     Впрочем, подобные ошибки совершают сегодня не только "сталинисты", но и все прочие фракции оппозиции — разнообразные патриоты, монархисты, черносотенцы, марксисты, "новые левые" и даже кажущиеся себе столь современными и актуальными националисты. У них просто разные источники вдохновения и объекты поклонения — Сталин, Православное царство, Российская Империя, марксизм-ленинизм, западная демократия, гражданское общество, европейский национализм, языческая Русь, наконец, — а в своем метафизическом отношении к реальности они все едины. Подобное начетничество вообще характерно для одержимого средневековой метафизикой русского ума: именно эта "дурная метафизика" и делает его легкой добычей сил, искушенных в понимании диалектики.