И с первых же дней эмблемой нашей газеты была Империя. Мы ощущали разрушение СССР как гигантскую русскую и мировую катастрофу и всеми силами стремились воссоздать страну. Боролись с победившими либералами, созывая ополчение из красных и белых полков. Ставили целью прекратить длящуюся десятилетиями гражданскую войну в России и погрести в одной братской могиле красные и белые кости, прочесть над ними примиряющую покаянную молитву.
Наши творческие вечера, собиравшие лучших поэтов, самых отважных молодых политиков, превращались в празднества, были наполнены молитвами и песнопениями.
Наш имперский красно-белый пафос, наша политика привели к созданию фронта национального спасения, в котором слились представители всех антилиберальных российских сил и образовали мощное движение, которое, в конце концов, захлестнуло Верховный Совет и положило начало восстанию 1993 года. Газета "День" была частью этого восстания.
Газета "День" выступала перед клубящимися микрофонами в депутатских конференц-залах. Она грохотала на митингах с кузовов грузовиков и на площадях. Газету "День" читали при свечах в осаждённом Доме Советов. Газета "День" пробиралась катакомбами в осаждённый дворец, доставляя повстанцам последние новости снаружи, с Большой земли.
Газету "День" гвоздили пулемёты БТРов у “Останкино”, её жгли на баррикадах ельцинские танки. И она сгорела вместе с Домом Советов, унеслась лёгким пеплом в лазурные небеса русской осени. Мы были единственной газетой, закрытой без суда и следствия. Исчезновение "Дня" воспринималось победившими либералами, кровавыми палачами как одно из их главных достижений. Но "День" возродился.