Комиссия направляется в другой взвод. Салазкин идет позади всех, придерживая разорванный рукав. "Даже иголки не попросил, рассердился", думает, глядя ему вслед, Яша Воробьев.

Размолвки нередко бывали между друзьями, но всегда заканчивались миром. Писарь подавлял Яшу своей ученостью.

- Мудреный ты человек, Салазкин, - говаривал Яша.

- Мудрость - квинт всякой философии, - ошарашивал его писарь.

- От твоих слов, Володимир, волосы начисто вылезут! Ты мне вот что скажи: человек я фартовый, а нет мне счастья - хочется живехонького германца поймать...

- Прочитай "Шагреневую кожу" - узнаешь про счастье. Там кожа сокращается вместе со сроком жизни - математически.

- Ты, Салазкин, сшей себе из той кожи сапоги, а мне не навязывай.

- Чудак! Куль невежества!.. Это гениальное творение Бальзака, медведь!..

С появлением на кухне Оксаны пострадал не только Салазкин, но и Яша и даже старший повар Трофим Ворожейкин.

Ворожейкин пострадал по причине своего неуживчивого характера и грубых привычек.

- Чего это вы так ругаетесь, а еще красноармеец? - в первый же день спросила его Оксана.

- Что-о? - Трофим раскрыл рот от удивления.

- Ничего. Еще раз выругаешься - кипятком ошпарю! - Оксана гневно сдвинула брови. - Нехорошо, стыдно, - тихо добавила она.

Трофим стиснул зубы и с остервенением начал мешать борщ в котле.

Этот короткий разговор случился во время выдачи обеда. Посрамление повара произошло на глазах у всего эскадрона. Оксана была героиней дня.

- Не могу! - жаловался впоследствии Трофим Салазкину. - Во взвод буду проситься. Слово не вымолви, не ругнись - старшина арестом грозится...

Оксана накладывает из бака гречневую кашу и с усмешкой поглядывает на сумрачного Трофима. На кухне теперь если и не мир, то чистота и порядок.