Я угощаю его сигаретой, чтобы еще больше обрадовать, и встаю.

– Пока, Вдавленный Нос. Постарайся с этого момента держать свой нос чистым.

Он весело смеется. Этот тип радуется жизни.

Я мчусь к ближайшему бистро, там прошу жетон и звоню большому патрону.

– Это Сан-Антонио, босс.

– Ну что?

– Я подготовил почву. Вы можете кого-нибудь послать на Северный вокзал, чтобы забронировать место второго класса в поезде на Брюссель? Пусть положит билет и талон на резервацию в конверт и оставит его в газетном киоске справа от главного входа, попросив отдать месье Шарлеманю, который придет за ним. Вы слушаете?

Слушает. Мне слышно, как он делает пометки в блокноте. Босс до сих пор пользуется старым скрипучим пером.

– Пусть он запишет номер места. Когда сообщит его вам, позвоните на пограничный пост, чтобы таможенники не теряли время. Они найдут тощего типа, отзывающегося на кличку Вдавленный Нос. Этот паломник повезет партию порнографических журналов. Пусть они его заберут по обвинению «попытка нелегального вывоза документов, имеющих значение для национальной обороны». Только пусть не особо его треплют. Скажите, чтобы дело завели так, чтобы его можно было выбросить, когда отпадет необходимость. Вдавленный Нос – бедный невезучий человек, и это ему понравится... Потом мы постараемся дать ему компенсацию...

– Прекрасно. Это все?

– Все.

– Когда вы намерены... начать действовать?

– Жду темноты. Так лучше, верно?

– Думаю, да...

Мы кладем трубки одновременно,

Глава 3

В пять часов вечера улицы были погружены в сумерки. Свет в запотевших витринах, зябко кутающиеся прохожие...

Настал момент действовать.

Я звоню капралу Пошару, чтобы попросить человека на подмогу, кладу трубку и четверть часа провожу за стойкой, потягивая ром с лимонадом.

Когда большая стрелка моих часов передвинулась на пятнадцать минут, я возвращаюсь в кабину.