– Отходите! Гребите изо всех сил! Тонущее судно может затянуть вас под воду!

Матросы вспенили веслами воду. Он надеялся, что у них еще есть время.

На воду плюхнулось еще несколько шлюпок – оставалась одна.

Испытывая удовлетворение от того, что сделал все возможное, капитан Ри помог нескольким оставшимся вывесить на талях последнюю шлюпку. Матросы запрыгнули в нее и стащили его за собой.

И тут к штирборту рванулась вторая торпеда, и след ее был как яростная пенистая стрела. Она пронеслась между двумя шлюпками, чуть не опрокинув их. Люди в ужасе вцепились в планширь.

С внезапно пересохшим ртом капитан Ри увидел, что торпеда ударила в середину корабля. Под ватерлинию, в том месте, где он хотел спустить последнюю шлюпку.

И он знал, что для него и оставшихся матросов все кончено.

Корабль вздрогнул. Взлетел соленый столб воды. Она стекала по лицу, тут же замерзая, заливала рот и слепила глаза.

Ри попытался ухватиться рукой за поручни, но они выскользнули. Палуба заходила ходуном и выбросила за борт своего храброго капитана, что было в своем роде милосердно.

«Инго Панго» скользнул в мутные волны океана, как будто влекомый в бездну неумолимым врагом. С момента удара, когда торпеда уничтожила корму прошло десять минут и лишь две после удара в штирборт.

Холодный водоворот сомкнувшейся над «Инго Панго» воды со страшной силой всосал в себя три шлюпки, увлекая их экипаж навстречу страшной смерти.

Но не такой страшной, как ждала оставшиеся шлюпки.

Они болтались в воде, не в силах поверить в катастрофу, когда вода вокруг них странно выпятилась, вспучилась колоколом и лопнула, как от подводного землетрясения.

Посреди шлюпок взметнулось вверх стальное рыло, зависло на неимоверно долгую долю секунды и рухнуло, кроша в щепки оставшиеся шлюпки.

Наверху поблескивающей ходовой рубки откинулся люк.

У человека, который вышел оттуда и огляделся, лицо было белым, как флаг субмарины. И голубой знак на его лице был таким же, как на флаге.