И единственным предупреждением о грядущей беде стал лунный свет, смешавшийся с фосфоресцирующим следом.

Что-то прорезало лунную гладь черной воды, заметно ее вспенив. И тут же оставленный винтами «Инго Панго» долгий и лениво рассасывающийся пенистый след словно взбесился.

Первый объявил вахтенный:

– Торпеда с кормы, приближается!

– Лево руля до отказа! – крикнул Ри. Крикнул наудачу. Это могло спасти корабль. Могло и не спасти. Он же торговый моряк. Он никогда во время войны не плавал. Он даже не знал, что сейчас война!

Судно дернулось, подчиняясь воле рулевого, и начало долгий поворот, завершить который ему так и не удалось.

Торпеда с глухим стуком врезалась в корму «Инго Панго», и в ту же секунду раздался оглушительный взрыв. Судно дернулось вперед, содрогнулось всем корпусом, и, как по велению какого-то мерзкого волшебника, у него отвалилась корма. Она стала быстро погружаться в воду, омерзительно чавкая вырывающимся из пустот воздухом и с неимоверной жаждой поглощая горький тяжелый рассол океана.

Обезумевшие от страха матросы лихорадочно полезли по трапу на палубу. Там их встретил Ри.

– Повреждения? – потребовал он ответа охрипшим голосом.

– Мы тонем! – простонал один из матросов.

– Без паники! Мы не тонем.

– Мы тонем! Кормы нет.

Ри знал, что сейчас последний момент, когда можно поверить им, если он хочет спасти команду.

Он приложил ладони ко рту и громко крикнул:

– Покинуть судно! Всем покинуть судно!

По всей длине «Инго Панго» разнесся тревожный звук сирен. Началась суматоха на всех палубах. Лодки вывесили за борт. Команда опустила их на талях, и они с плеском шлепнулись на воду.

В это время Ри обшарил судно от носа до кормы, неустанно повторяя свой приказ. Он не потеряет тех, кого можно спасти. Не потеряет ни одного матроса, даже самого ленивого и не стоящего, чтобы его спасали.

Перегнувшись через борт, капитан крикнул: