Можно привести еще много интересных и забавных деталей. Форма сатирического романа дает возможность сказать больше и лучше, чем сухие академические исследования или гневные полемические статьи. Однако, в самом понятии Шоа–бизнеса нет ничего зазорного. В современном глобализованном мире любая деятельность имеет шанс на успех лишь тогда, когда она построена на деловой, коммерческой основе. Холокост, или как в Израиле его называют Шоа, – сегодня несомненно один из наиболее раскрученных и узнаваемых еврейских брендов. Обороты в этой отрасли достигают десятизначных чисел. Бренд – это не просто коммерческая марка, но и предмет культа. Мы встаем утром, чистим зубы «Крест» или «Колгейт», едим не хлопья, а «Келлог»…. В течение дня современный человек сталкивается примерно с тремя тысячами брендов. Холокост – далеко не единственный еврейский бренд. О коммерческой освоении потенциала антисемитизма я писал (Антисемитизм, как коммерческий бренд.).

Другой узнаваемый бренд – кашрут. Обороты рынка кошерных продуктов достигают 150 миллиардов долларов в год. Это возможно потому, что рынок охватывает далеко не только еврейских потребителей. Кошерные продукты потребляют миллионы людей – вегетарианцы, пятидесятники, мусульмане и даже православные христиане во время Великого поста. Только в кошерных продукатх они могут быть уверены: если написано, что в продукте нет ингредиентов животного происхождения, то их действительно нет. (О страстях на кошерном рынке я писал в статье «Кошерная революция в Нью–Йорке» ).

Наиболее успешные современные модели распространения каббалистики и культовых услуг иудаизма тоже строятся по типу коммерческих франчайзов, как «Старбук кафе», «Контроль за весом» (Weight Watchers) или «МакДональдс».

Самый узнаваемый здесь бренд – «Хабад». Их деятельность хорошо бы принять, как модель для успеха любой еврейской культурной деятельности (Об этом в моей статье