Вообще при чтении рассказа не раз возникает мысль, что тебя держат за дурака. Опускаю многочисленные подробности из "грязной" жизни Кафки, не вошедшие в "Джаз-банд на Карловом мосту", приведу лишь его признание, сделанное в период любви к Фелице Бауэр. 19 ноября 1913 года Франц Кафка записывает в дневнике: "Я нарочно хожу по улицам, где есть проститутки. Когда я прохожу мимо них, меня возбуждает эта далёкая, но тем не менее существующая возможность пойти к одной из них. Это вульгарно? Но я не знаю ничего лучшего, и такой поступок кажется мне, в сущности, невинным и почти не заставляет меня каяться. Только хочу я толстых, пожилых…" Для непосвящённых уточню: хотение "самого чистого" человека периодически реализовывалось на "практике". Например, 2 июня 1916 года Кафка констатирует в дневнике: за прошедший год девушек "было не меньше шести".
О взаимоотношениях же Кафки, Есенской и её мужа в рассказе Рубиной говорится: "Не так уж долго длился этот странный хрупкий роман, мучительный любовный треугольник, в который помимо воли был, как в тюрьму, заключён болезненно щепетильный Кафка". Однако его щепетильность, думаю, сильно преувеличена автором рассказа. Когда в жизни Макса Брода возникла подобная ситуация (он не мог выбрать между женой и любовницей Эмми Зальветер), Кафка предложил другу в письме от 16 августа 1921 года такой выход - "жить втроём". Выход столь популярный у больных детей ХХ века: Цветаевых, Маяковских, Бриков, Пастернаков и многих, многих других.
Неслиянность Кафки с окружающим миром, страх перед ним - это, по Рубиной, "космическое предчувствие" демонизма, фашизма, холокоста. Сия фантастическая, сверхнадуманная версия вызывает удивление, умиление, в первую очередь, потому, что Кафка очень подробно изложил в "Письме к отцу" причины своей особости, своих фобий, своей трагедии. Данный источник, конечно, игнорируется Диной Рубиной, ибо в нём первопричиной всех бед, неудач писателя называется его отец.