Плетнев говорил коротко и спокойно. Делал вид, будто не учит, а сам отвечает урок. Откуда у него было столько такта?

- Понятно, - сказал Бахметьев, чтобы лишний раз подчеркнуть свое ученичество.

- Патрон, - ответил Плетнев, - который, загораясь, приводит в действие подогреватель. - И тем же ровным голосом рассказал обо всех прочих проверках торпеды.

- Двенадцать баллов, - не удержался Бахметьев, и Плетнев снова как будто улыбнулся. Наверное, опять вспомнил.

- Разрешите закрывать?

- Пожалуйста. А следующую я сам проверю. - И от первого аппарата они перешли к следующему.

Из всего этого получилось очень неплохое практическое занятие, кстати сказать прошедшее не без пользы для службы: на третьей торпеде удалось обнаружить и устранить неточность в установке прибора расстояния.

Окончательно развеселившись, Бахметьев вдруг спросил:

- А вы довольны, что попали на миноносец?

Он просто не представлял себе той пропасти, которая отделяла его от Плетнева, и совершенно неверно его понял, когда тот ответил:

- Здесь мое дело.

Обрадованный, он кивнул головой:

- Ну конечно. И я тоже очень доволен, что попал. - Однако дальше распространяться на эту тему было неудобно, а потому Бахметьев махнул рукой: Все в порядке. Ступайте отдохните, - и быстро зашагал к мостику. Нужно было присмотреться к тому, что там делается. Еще поучиться.

Из всех трех труб шел легкий, почти прозрачный дым. На гафеле полоскался маленький прокопченный андреевский флаг. Хорошо бы сейчас посмотреть на свой миноносец со стороны. Наверное, он здорово выглядел.

- Разрешите? - спросил Бахметьев, останавливаясь на трапе.

- Сделайте одолжение, - ответил стоявший на вахте Аренский. - Просю покорно.