– И… и вы подозреваете, что Лучана могла его убить?

– Во всяком случае, на сегодня других кандидатур нет. Впрочем, и мотивов, по которым ей была бы выгодна смерть немолодого и небогатого выходца из России, мы тоже не видим. По крайней мере, пока.

– Вам уже так много известно… И это за одну ночь?

– Совершенно верно. В полицию позвонила Магдалена Хольц в районе полуночи. Они с мужем вернулись из театра и в гараже сразу же обнаружили труп садовника. Пока полиция доехала, выяснилось, что пропала няня с девочкой. Юргену Хольцу пришлось вызывать неотложку, у него прихватило сердце.

– И как он?

– Сегодня еще новых данных не поступало. Сейчас ведь только десять часов утра. Но если ничего страшного, его уже могли выпустить домой…

– Элеонора, могу я попросить тебя по старой дружбе?

– Конечно!

– Сообщи мне, когда найдут девочку! Я имею в виду малышку Инес. Хорошо? Мой сын так хорошо с ней вчера играл… Кто бы мог подумать, что случится такое…

– Без проблем! И ты звони, напоминай о себе. А если вдруг узнаешь что-то интересное – будем весьма признательны!

Алина положила трубку и пошла в детскую. «Что-то Михаэль заспался сегодня, – думала она по дороге, – надо пораньше его укладывать спать, чтобы не вошло в привычку!»

Алина всегда относила себя к «совам», поскольку могла не только заниматься разными делами до поздней ночи, но и любила после таких бдений поспать до полудня. Недавно она прочитала о каком-то новомодном учении, объясняющем образ жизни «сов» элементарной распущенностью, а распорядок «жаворонков» – правильным и естественным, соответствующим природным ритмам.

Алина отнеслась к этому открытию скептически, сделав про себя заключение, что такое мог придумать только человек, вынужденный всю жизнь вставать рано на работу и обозлившийся за это на все человечество. Себе она еще в московские времена позволяла периодически утренние поблажки. Благо, журналисту всегда найдется повод, чтобы отсутствовать на работе пару-тройку часов, а при острой необходимости – и дней.