И речь у нее поменялась: то говорит нормально, а то выдаст какой-нибудь навороченный канцелярский оборот – хоть стой, хоть падай. Совсем перестала выходить в свет – раньше не раздумывая могла сорваться и пойти в клуб или с компанией на вечеринку. Мы в кино часто ходили, на выставки, а потом... – Карамышева печально вздохнула, сожалея о прошедших веселых временах, - потом у Инны появились другие интересы: курсы английского, деловые встречи, выставки, но уже до зевоты скучные – профессиональные. Она собиралась в институт поступать, чтобы второе высшее получить. Мы встречались по старой памяти, но говорили на разных языках, словно между нами и не было двенадцати лет дружбы. У Инны кто-то был. Но, по-моему, это не серьезно. У нее никогда серьезно не бывало – разбрасывалась поклонниками на право и налево, а они, судя по подаркам и обхождению, один лучше другого, - в голосе Наташи зазвенела обида. Девушка была симпатичной, но Вишневой, бесспорно, проигрывала. -  Последний Инке кольцо с бриллиантом подарил. Стоит, между прочим, не дешево. Ее ухажера я не видела. Инка меня ни с кем не знакомила, хотя могла бы, раз самой не нужны. Она же была не нормальная в этом смысле. Как однажды влюбилась в школе, так и все - заклинило. Перебирала мужиков, искала точную копию своей школьной любви, а такой больше не бывает. Я думаю, она сама не знала, чего хотела.

***

С экспертами надо дружить. Это правило Андрей усвоил давно, еще, когда пришел на службу после университета, едва надев новенькие лейтенантские погоны. Он был очень удивлен, когда узнал, что к экспертам большая очередь, и поэтому результатов экспертизы можно дожидаться очень долго.

С Ильей Куликовым Атаманову удалось установить приятельские отношения, способствующие значительному ускорению работы. Андрей мог ему позвонить и запросто поторопить, если дело не терпит отлагательства.

- Отравлена твоя Вишнева, - пробасил в трубку Куликов, - причем яд обнаружен в сахарнице. Барышня выпила чаю, подслащенного отравой, и преставилась.