- Ну да!.. - ничего не понимая, соглашается Автономов.

- Да. А мы узкой полосой живем. В узкой полосе наступаем. По уставу: два километра по фронту.

- Из окопа в окоп, как кулик с кочки на кочку... - смеется Вася.

- Я хотел попросить вас, - глядя в землю, продолжает майор. - Помогите мне... детей моих найти!..

Вздрогнул корреспондент, растерянно смотрит на майора. Притих Вася.

- Мы сейчас Польшей пойдем, - продолжает майор. - Лагеря, тюрьмы - все тут. Может, попадутся вам на пути? А? Девочку Галей звали... Сейчас ей... да... семнадцать лет... Косички русые... А мальчик - Юрик. Ему одиннадцать. Вот я вам карточку покажу.

И, торопливо достав карточку, дает ее корреспонденту.

Две детские головки, русая Галина, вихрастая Юрина.

Дорошенко с мольбой смотрит на корреспондента.

- Так не забудете? Девочку Галей звали... мальчика Юриком...

И, круто повернувшись, уходит.

Корреспондент растерянно смотрит ему вслед.

- Я буду искать... - тихо говорит он.

...Стоят на берегу Буга солдат Слюсарев и сапер.

- Ну что ж! - говорит Слюсарев. - Пойдем Польшей. Не знаю, может, ногам по чужой земле будет тяжелей идти, а душе, душе, я считаю, будет легче. Чужая слеза не жжет! Чужое горе - не свое!

...Идут войска Польшей...

Дороги... улицы... лесные просеки... поля...

Едут верхом Вася Селиванов и Автономов.

Под Васей - резвый жеребец, у Автономова - тяжелая артиллерийская лошадь.

- Ну, как командир? - спрашивает корреспондент.

- А ничего! Воюет.

- Тоскует?

- Нет. Теперь, кажись, надеется, - отвечает Вася и косится на лошадь Автономова. - Где вы такую кобылу добыли?

- А что? - обеспокоился Автономов.

- Ничего! - усмехается Вася. - Могучий конь. Трактор!

- Артиллеристы одолжили... Я сейчас у них был... Едут.