По всему по этому - не особенно, вообще-то, рассуждая, но все же по всему по этому - я принял решение: взять немца в плен.
Разом поднявшись, я навел на немца пистолет и гаркнул:
- Хенде хох!!!
Немец резко повернулся и послушно поднял руки. В правой руке у него так и осталась книга.
На меня смотрело лицо молодого "очкарика". В глазах его застыли удивление и испуг. Но при этом он улыбался.
- Гутен таг, - сказал он.
- Руки, руки! - грозно повторил я, заметив, что немец согнул руки в локтях.
- Понимаешь ли ты по-немецки? - спросил он вполне дружелюбным тоном.
- Знаю ваш язык. Хорошо знаю, - ответил я. - Вот и слушай мою команду: вынимай пистолет и клади сюда, на полку, рукояткой в мою сторону. Малейшая попытка повернуть ствол - и я стреляю.
- Стрелять не советую: внизу наши солдаты. Они разом будут здесь и будут делать "пиф-паф". Сдавайся лучше в плен, - сказал он. - С тобой будут хорошо обращаться. Я скажу командиру полка, что ты сдался сам, по доброй воле.
- Не пугай, - сказал я твердо. - Отвечай: как сюда попал?
- О-ля-ля! Очень просто. Ваши еще держались там, у реки, а рота нашего полка переправилась в город севернее. Командир послал меня с этой ротой как переводчика. Мы пришли сюда оттуда. - Он кивнул головой в сторону сада. - Ваших там уже не было. А я пришел сюда, потому что очень люблю книги.
- Когда это было?
- О! Минут десять назад... Ну хорошо, - сказал он, перестав улыбаться. - Хватит болтать языком. Сдавайся, и пошли вниз. Я буду тебе помогать. Получишь хороший обед... У меня руки устали. Теперь ты поднимай руки и выходи на улицу.