Поверьте - мне скармливали и впарывали не меньше, да еще и таблетки изволь выпивать в присутствии сестры, но все же, все же... А уж наколят некоторых! Заваливаются в сортире, в постороннем ссанье, или ползут по коридору. Один, плача, интересовался: а какой здесь срок лечения? Ответ: ты, главное, не хавай этих таблеток и уколами не порись, а то пиздец тебе... Сосед говорил про такого новенького: есть такая категория - ванька-встанька; хуй уложишь, пока сам не угомонится. Ванька-дедок предлагал, ползая, культурный обмен: он, дескать, упал с седьмого этажа, и все деньги высыпались, а ему очень нужна маленькая - вот он и соединит в ТВ зеленый и красный кабели, так что станут видны все каналы, а за это ему - маленькую.

Сестры, пожалуй, там такие же, какие везде. Воскресная напилась к вечеру. Сестринское коридорное погавкивание - вообще особенная реальность. И знаете, кем я себя представлял? Одуревшим Макдауэллом из фильма "Цареубийца", где он сидит в дурдоме и послушно слушает телевизор, как Антонов поет: "Только в полетах живут самолеты..." ...В какой-то момент я начал беспокоиться за судьбу этих записей, их могли неправильно истолковать.

Но разговоры в сортире-курилке оставались самым занимательным. Очень ругали Саммит Восьмерки:

- Ебаная пиздобратия! Просил у врача прогулку, он мне - хуй!

Наркоты отличались особенно.

- Выписался через 10 дней, так ширанулся четвертью дозы - перло весь день!

- После этой больницы от барбитуры придется 2 месяца отходить...

- Такое впороли, что полночи туалет искал, как в компьютерной игре; обоссался - вон, трюли сохнут...

- А сколько на нее (на жену) записано, теперь все отберут, блядь, овца дырявая! - И кулаком в дверь, где хозяйственный инвентарь. Треск.

Раздача лекарств. Сестру отвлекает телефонный звонок. От двери сразу ползет писклявый голос:

- Алло! Это из Главного Фармацевтического Управления! Помогите нам разгрузить ящик трамала!...