Во внешней политике, Гардинг публично провозгласил возвращение к политике изоляционизма, отказавшись от вмешательства в дела Старого Света. «Мы не хотим связывать себя чужими проблемами. Мы не возьмем на себя никакой ответственности, кроме той, которой нам подскажут наши собственные сознания и суждения в каждый конкретный момент». Так говорил президент и вместе с этим он ни на йоту не отступил от политики большой дубинки Рузвельта, которую удачно скрыл за большим забором словесной шелухи.

  Продолжая уделять Тихо-Азиатскому региону огромное значение, Гардинг был озабочен той активностью, которую по окончании войны здесь стала развивать императорская Япония. Быстро оправившись от полученных потерь в русско-японской войне, Япония без больших материальных затрат, приняла участие в Первой мировой войне на стороне Антанты, за что получила германские колонии в Тихом океане состоявшие из Каролинских, Маршалловых и Марианских островов, а так же полуострова Циндао. Став властителем значительной части Тихого океана, страна восходящего солнца стала представлять реальную угрозу американским интересам, не только в этом регионе, но и в Китае. 

  Стремясь избежать дорогостоящего строительства нового и более мощного флота, в противовес набирающему силу флоту микадо, Гардинг нашел великолепный способ решения столь щекотливой проблемы. Он заключался в установлении приемлемого для США и Японии соотношения боевых крупнотоннажных кораблей их флотов, путем заключения международного соглашения.

  Эта инициатива встретила поддержку пяти крупнейших военно-морских держав, представители которых собрались в Вашингтоне 12 ноября 1921 года. В результате сложных переговоров между США, Британии, Японии, Франции и Италии, в 1922 году было заключено соглашение об установлении между ними соотношения крупнотоннажных боевых кораблей в пропорции 5-5-3-1,6-1,6 соответственно.  Одновременно с этим подобное соотношение распространялось на подводные лодки и запрещалось применение боевых отравляющих веществ.