— Валкан хорош, — продолжал я. — Взгляните на его послужной список. 1948: воспользовавшись его предсказанием блокады, наш отдел на одиннадцать недель опередил разведку МИДа и на пятнадцать месяцев Росса. Он не сможет этого делать, если вы начнете подбирать для него собутыльников.
— Подождите... — вставил Доулиш.
— Разрешите мне закончить, сэр, — настойчиво продолжал я. — Как только Валкан почувствует, что мы собираемся отказаться от его услуг, он тут же кинется искать нового хозяина. Росс из военного ведомства или О'Брайен из МИДа сразу же заманят его на Олимпийский стадион
Доулиш свел кончики пальцев двух рук вместе и сардонически ухмыльнулся.
— Вы думаете, что я уже слишком стар для моей работы?
Я не ответил.
— Если мы решим не продлевать наш контракт с Валканом, и речи не может быть о том, чтобы позволить кому-нибудь купить его за более высокую цену.
Я не предполагал, что старый Доулиш может заставить меня содрогнуться.
Глава 4
Берлинская защита — классический пример защиты с помощью контратаки.
Берлин, воскресенье, 6 октября
Громадная территория между Эльбой и Уралом с бесконечными зарослями кустарника и редкими деревнями всегда была учебным плацем Европы. Посередине, между Эльбой и Одером, охраняя Бранденбург, находится главный город Пруссии — Берлин.
Первое, что вы замечаете с высоты шестьсот метров, — это военный мемориал Советской Армии в Трептов-парке. Это русский сектор Берлина. Советский солдат, возвышающийся над пространством, равным десяти футбольным полям, выглядит так мощно, что статуя Свободы на его фоне совсем бы затерялась. Над площадью Маркса — Энгельса самолет начал резко снижаться в южном направлении к Темплхофу, в лучах яркого солнца заблестели нити водных артерий. Шпрее течет по Берлину, словно вода из перевернутого ведра по стройплощадке. Река и ее каналы, тощие и голодные, крадутся под улицами, которые их, похоже, даже не замечают. Город разделяется не большим мостом или широким потоком, а кварталами кирпичных и бетонных домов, которые кончились совершенно неожиданно.